Вход
Russian English French German Spanish Ukrainian

Интервью с актёром и режиссёром Валерием Ушаковым

Интервью с актёром 
и режиссёром
Валерием Ушаковым
 
Беседу вела: Ксения Кузнецова
Вёрстка: Катерина Вендилло
Фото: Андрей Натоцинский, Анна Пономарева
 
 

Валерий Ушаков — ведущий молодой артист театра им. Е. Вахтангова. Он занят в лучших спектаклях театра, среди которых «Евгений Онегин», «Анна Каренина», «Царь Эдип», «Бег», «Мадмуазель Нитуш». Лауреат премии города Москвы 2017 года в области литературы и искусства в номинации «Театральное искусство» за роль Корзухина (Бронепоезд, Начальник станции, Тихий в спектакле «Бег»). В ноябре Валерий дебютирует в качестве режиссёра–постановщика, представив зрителю премьеру спектакля «Маркес. Без слов» на сцене Театра С.А.Д.

В преддверии премьеры мы поговорили с Валерием о его предстоящем дебюте, разнице между актером и режиссером, а также о превратностях судьбы, с которыми приходится столкнуться на пути к мечте.

— Расскажи, какие события из жизни сформировали тебя как личность?


Такое пожалуй масштабное событие, как гибель страны, в которой я родился (имею в виду Советский Союз). Наверное, это оставило во мне отпечаток понимания, что есть что-то сильнее человека, какие-то обстоятельства, которые будут сопровождать его всю жизнь. Ощущение, что есть на свете такое понятие как судьба. Это повлияло на меня больше всего, привело к тому, чем я сейчас занимаюсь. Переезд в другую страну, столкновение с другими сверстниками, с другими понятиями общества — всё это сформировало ощущение потерянной родины, потерянного рая.

— Как ты считаешь, ты перенес во взрослую жизнь свои детские и юношеские качества или они остались далеко в прошлом?


Я думаю, что либо я остался ребёнком, либо я всегда был взрослым. У Маркеса есть понятие «маленький старичок». Вот, наверное, маленьким старичком был всегда. Думаю, я очень наивен и где-то строю воздушные замки. То есть с одной стороны очень практичен, а с другой совершенно мечтателен. Детство для меня продолжается.


— Как ты пришёл к выбору будущей профессии?


Сначала хотел снимать кино, потом стал играть в театре, но с театром я вообще не был знаком до поступления в институт.
Со временем я узнаю больше и больше подробностей об этом от своих родителей и сверстников. Мне казалось, что это произошло в одночасье уже в осознанном возрасте, но меня уверяют, что я долго к этому шёл... Cначала я должен был стать доктором, как и мои родители, но в какой-то момент решил, что буду режиссёром. В 16 лет меня озарила мысль, что режиссёру надо сначала стать актёром, в итоге я поступил в Театральный и остался в актёрской профессии. Лет с 10 я занимался художественным чтением, читал стихи на разных конкурсах. Сначала выиграл в школе конкурс чтецов, потом конкурс города и области, в итоге дважды становился лауреатом всероссийского конкурса и даже выиграл гран-при. Там я познакомился с Людмилой Ивановной Ивановой (она была председателем жюри), она мне и посоветовала идти в Щукинское. Мы остались дружны на очень многие годы. С ней я советовался при поступлении.

— Кстати, о том, что ты хотел стать кинорежиссером, ты говорил в одном из интервью, а в итоге пришел к театру, как так получилось?


... ни в киношколе, ни в театральных институтах не учат кино, там учат театру.
Как совершенно обычный человек, воспитанный обществом потребления, я не знал, что существует театр. Об этом знают только москвичи и некоторые города провинции. Я всегда хотел снимать кино. Мне казалось, что у меня это получится. Очень хотел поступить во ВГИК (увлекался фотографией), он от меня рядышком и там учились мои друзья. Потом мне на поступлении сказали, что я очень маленький для режиссёра, для этого необходим жизненный опыт и так далее, а где его взять шестнадцатилетнему парню. В итоге посоветовали идти на актёрский факультет, мне это запало в душу. Поступил в Щукинское училище.

Когда я пришёл в театр Вахтангова, мне показалось, что я стою на пороге его расцвета, что грядут художественные свершения, непосредственным участником которых я стану.
После окончания Щукинского меня пригласили в театр им. Евгения Вахтангова. Я подумал, попробую, а дальше началась работа… Свою мечту снимать кино не забывал, она становилась от меня всё дальше и дальше, но сейчас я к ней возвращаюсь.

Кино — это место, где нужно выдавать результат: человек, который становится за камеру или командует площадкой или работает над сценарием, должен обладать огромным художественным вкусом и колоссальным опытом. Я решил, что для формирования вкуса лучшего места, чем театр, не найти. Да и потом режиссёр обязан знать актёрскую профессию изнутри. Актёрское ремесло — древнейшее из искусств, и на его хорошем примитивизме можно научиться очень сложным и тонким вещам.
Как это ни парадоксально, с помощью театра можно постичь и кино, и сценарное мастерство — в театре очень легко экспериментировать, потому что это не требует больших финансовых затрат.


— Ты работал с такими мастерами как Римас Туминас, Юрий Любимов, Юрий Бутусов. Чему научил тебя каждый из них? Какие у этих режиссеров особенности в работе с актёрами?


Зритель видит только маленький результат, а под ним кроется айсберг труда.
Ещё Владимир Мирзоев и Владимир Иванов. Я бы даже Владимира Иванова поставил на первое место (прим. — В. Ушаков учился на курсе Вл. Иванова). Конечно, все разные, но каждому из них я особенно благодарен. Владимир Иванов — мой крёстный отец в мире театра. Он ввёл меня в профессию, принял когда-то в институт, в меня поверил и верит, я это знаю. Он дал основы, на которые уже записались все остальные программы, данные другими режиссёрами. Прежде всего, он привил любовь к профессии и понимание того, что «без труда не выловишь и рыбку из пруда». Это профессия не почивания на лаврах, не профессия звезд. Он меня научил любить этот труд и верить, что в конце любой дороги нас ждёт что-то хорошее и светлое. Работа с ним — это основополагающая колоссальная школа.
Главная истина, которую открыл мне Владимир Иванов, в том, что как актёр ты можешь отличаться от других только одним: желанием выходить на сцену. Нежелание – самый большой враг творчества и убийца всего.
Сейчас школа немного утеряна, техника уходит, а именно она важна, как и в любом ремесле.
Любимов — человек, который cлужил ещё в довоенном театре Вахтангова. Человек — эпоха. Мало кто об этом знает, но он проработал в театре Вахтангова 20 лет актёром. Он обладал знаниями первоклассной актёрской техники, которую напрямую унаследовал у великих учителей. Непосредственных учеников Вахтангова. Я старался впитать всё, сказанное им, не упустить ни слова. Римас Туминас — это человек, у которого я учусь вкусу, человек совершенно другой ментальности. Если Любимов — это ремесло, то Римас — это творение художественное, творчество, вкус. Бутусов подарил мне веру в себя. После работы с ним у меня будто выросли крылья. Он отпустил внутреннего цензора, я благодарен ему за анархию, которую он мне подарил. Мирзоев — это внутренняя интеллигентность и потрясающее чувство эстетики. Он тоже раскрыл для меня границы театра. С ними очень здорово работать, с ними театр — это радость.


— Какая из сыгранных тобой ролей была самой сложной, какая неожиданной?

Если всё делается легко, обычно результат бывает неинтересным.
Все роли сложны, ни одна роль не далась легко. Чем она интересней смотрится, тем больше актёр выплакал cлёз. Самой, наверное, сложной была первая работа в театре «Троил и Крессида», мы ещё не знали этого режиссера (прим. — первая постановка Римаса Туминаса на сцене театра в качестве худрука), не понимали, как с ним работать. Честно говоря, это был первый раз в жизни, когда я столкнулся с настоящим режиссёром и понял, что в училище нас учат неверно… Когда ты выпускаешься, ты уверен, что режиссёр — это дядя, который должен сделать за тебя роль (есть даже такое расхожее выражение, «Мейерхольд, стилизуй меня»), а это далеко от истины... Актёр должен уметь работать над ролью самостоятельно, автономно. Cделать роль — это и есть актёрская работа, и это гораздо сложнее, чем кажется.

Сделать роль — это колоссальный труд, для этого надо обладать и эрудицией и очень большим чувством, эмоциональной чуйкой. А тут такая неожиданная роль (Роль безмолвного слуги в «Троиле и Крессиде»), было сложно и физически, и морально, эмоционально. Она давалась непросто и потом, после премьеры... Каждый спектакль на преодоление. А самой неожиданной была роль в «Беге» у Бутусова. Но я её делал с большим удовольствием.

— Хотелось бы ещё спросить о «Беге». Многие твои коллеги, участники спектакля, отзываются о нем с особым трепетом и любовью. Что для тебя этот спектакль? В чём его особенность?


Спектакль «Бег» даёт возможность переосмысления текста Булгакова и того времени, потому что мы всё равно все из него вышли, из начала ХХ века.
Он даёт мне ощущение, что я напрямую занимаюсь своей профессией. Я чувствую себя именно актёром, а не исполнителем. Этот спектакль — акт большой любви. Единение c партнёрами и со зрителями, которое я чувствую во время этого спектакля, выстрадано и дорогого стоит. Это просто незабываемые ощущения, когда ты понимаешь, что действительно занимаешься творчеством. Работа даёт перспективу.

— В твоей творческой биографии есть место сценарному искусству. Чем вызвано обращение к литературному жанру?


Ещё до режиссуры я думал этим заниматься, я даже подал документы во ВГИК на сценарный факультет, не знаю почему, я до этого ничего не писал. Может быть, мне не хотелось учиться. Я слышал, что на сценарном факультете мало учатся. У них есть так называемые творческие дни, четыре дня в неделю, если не ошибаюсь.

Мне всегда хотелось быть не только актёром, но заодно овладеть всеми сопутствующими профессиями. В институте нам говорили, что так и сяк, вот система Станиславского, должно быть так и так, а я никогда не соглашался. Мне всегда хотелось понять, почему должно быть так, а не иначе. Я лучше всё проверю сам, наступлю на все возможные грабли, попробую все варианты и в итоге пойму, что именно работает, а что нет.

В институте я попробовал написать пьесу, сам поставил её и сам сыграл. Называлась она «Неоконченный монолог» У меня получилось, и осталось ощущение заряда на всю жизнь, того, что я это могу. Какие-то интересные мысли меня всё время посещали, сюжеты. Актёрской профессии было всегда мало, потому что хотелось рассказывать свои истории, а не чужих драматургов. Я свои истории, так или иначе, рассказывал друзьям в неком устном жанре, и мне каждый говорил, чтобы я попробовал это записать, переделать в сценарий. Начались попытки, в итоге закрутилось с кино, потом пошли несколько театральных инсценировок. Что-то из них увидело свет, что-то нет ждёт своего часа. Потом начал писать оригинальные сценарии.
Это не литература, а высшая математика: ты перекладываешь историю, сюжеты на совершенно другой язык — язык гармонии. Литература — это метафоры, красивые обороты, слова, а в сценарном ремесле слова должны быть очень конкретные, точные, и это сложно. Но я вот это люблю, это часть меня.


— Есть ли какие-то литературные произведения или авторы, которые сформировали твой вкус и оказали влияние как на сценариста?

Булгаков прежде всего, Гоголь, Маркес. Я не скажу, что Маркес мой любимый писатель и что меня приводит в неописуемый восторг то, что я у него читаю, но я чувствую на себе воздействие его мысли, его романов. Он очень резонирует со мной, поэтому он меня в своё время поразил. Последнее время я влюблен в Толстого, его проза на меня очень сильно воздействует. Совершенно недавно я открыл для себя жанр автобиографии, мне интересно то, как люди транслируют свою жизнь, то, как они пишут. Потому что талантливых литераторов очень много. Достаточно открыть Фейсбук: каждый второй талантлив в написании текстов.
Я для себя открыл библиотеку декабристов. У каждого декабриста, а их примерно сто человек, есть записки — воспоминания того времени в прекрасной литературной форме, и это просто потрясающее чтиво.


— Расскажи о предстоящей премьере спектакля «Маркес. Без слов», как родилась идея?

Было около восьми вариантов сценария, он все время переписывался с чистого листа, несколько раз менялась концепция. Это была такая лаборатория, в которой я учился, экстерн режиссуры и сценарного мастерства. Я писал, проверял, что работает, и тут же переписывал. При этом я попробовал себя и как кинорежиссер. В январе-декабре выйдет десять рекламных видео-роликов для ютюба, посвящённых Маркесу. Каждый персонаж спектакля будет раскрыт в этих небольших фильмах, многое прояснится. Весь спектакль был создан с нуля, без площадки, денег, сценария. За два года это всё воплотилось, появились декорации, костюмы.
Что со мной было, я даже описать не могу! Мне будто дали обухом по голове. После этого я понял, что мои идеи о театре имеют право быть воплощёнными, я должен это сделать!
Последнее слово было за Джеймсом Тьерре, внуком Ч. Чаплина, который приезжал в Москву на Чеховский фестиваль. Я ходил два года подряд, смотрел даже не его спектакли, а его сестры Аурелии Чаплин, «Оратория Аурелия». Творчество семьи Чаплин придало сил и желания создать спектакль. Всё сложилось: и любовь к сценарному мастерству, и к режиссуре. Мне захотелось сделать как у Джеймса Тьерре, но при этом рассказать достаточно сложную историю.
В итоге остались переклички с маркесовскими романами, и самым непростым было соединить бессюжетную историю, жанр клоунады и мимансов с драматическим сюжетом. Этим мы занимались всё время, посмотрим, что получится.


— С какими сложностями ты столкнулся, когда оказался на месте режиссёра?


Как правило, 90% успеха зависит от правильно выбранного материала. Огромное количество работы уже сделано драматургом. А мне надо было выполнить работу не только режиссёра, но и драматурга. Написать пьесу.
Когда играешь, отвечаешь только за роль. Как бы ни казалась эта работа тяжела и ответственна, она не сравнима с той ответственностью, которая ложится на режиссёра. Ведь 70% работы режиссера — это техника: нужно купить свет, найти человека, который поставит его, найти на это деньги и т.д. Эти вопросы из иной области, нежели творческие. Тем не менее, режиссёр должен заниматься и тем, и другим.

У Станиславского, Мейерхольда, Ефремова можно прочитать, что многие режиссёры не работают с драматургами, не приглашают их на репетиции. Авторам как правило не нравится, как репетируют их пьесы — им кажется, что их неправильно поняли и т.д. Причина тут проста — авторы сами не понимают порой, о чём пишут, литературное творчество зачастую интуитивно. Режиссёр же — человек, который должен чётко знать, что он хочет поставить. Когда ты и автор, и режиссёр, в конфликт вступают два начала – интуитивное и сознательное. И наступает война. Это не просто.


— Расскажи о творческой команде: кто эти люди?

У меня очень хорошая команда актёров. Кастинг был по одному принципу: я должен видеть, что у людей есть желание репетировать. Многие предлагают мне какую-то безвозмездную помощь, и педагоги по пластике, и бутафоры. Все они знаменитые люди в своем деле. У меня прекрасный художник-постановщик Маша Бутусова, она молодец, взяла на себя и костюмы, и реквизит, и декорации. Со всем этим справляется, хотя вчерашняя студентка. Очень талантливый человек, художник по свету Миша Хвастунов. У меня работают два профессиональных каскадера, Андрей Вистинь и Василий Цыганцов, он же актер. Они ставят историческое фехтование, в стиле Джекки Чана, с использованием подручных предметов. Думаю, это будет любопытно. Андрей Вистинь — профессиональный каскадер кино, занимается историческим боем. Конечно же, Кирилл Рубцов, художественный руководитель театра САД, он тоже сильно помогает в постановке. Создаёт благожелательную атмосферу для того, чтобы складывались репетиции. Театр САД – это уникальный театр, созданный Кириллом. Находится в прекрасном ботаническом саду, в настоящей тропической оранжерее. Это потрясающее место, обязательно к посещению.
Я сам с нетерпением жду результата, он должен быть неординарным, ведь такие разные искусства здесь переплелись: фехтование, актёрское мастерство, миманс.


— Сможешь выделить главную особенность спектакля?

Соединение пластического спектакля (не танцевального), в котором поднимаются очень важные темы с драматическим театром, который имеет сюжет и текст. Наш спектакль хоть и называется «Маркес. Без слов», но это скорее обозначает не жанр спектакля, а состояние главного героя. Так или иначе, это альтер-эго писателя, который находится в патовом состоянии, он чувствует в себе силы сделать что-то хорошее и прекрасное, но не знает, с чего начать. Он не знает, как будет звучать его первое слово. В спектакле есть слова, но их мало.
Есть рассказчик, но он очень нетрадиционен. Это не будет классическим вариантом: сидит человек и что-то рассказывает, нет. Это даже не человек.


— К какому еще литературному материалу тебе как режиссеру хотелось бы обратиться?


Я бы хотел когда-нибудь поставить роман «Сто лет одиночества». После постановки «Маркеса» я знаю, как это сделать. Я бы поставил «Записки декабристов», и мне кажется, что большой потенциал кроется в литературе нового времени — в Интернете, во френдлентах. На мой взгляд, это материал для постановки, причем не менее художественный, чем спектакль по литературному произведению. Наверное, когда-нибудь я поставлю френдленту.


— Современный театр в твоем понимании, какой он?


Современность должна быть в мыслях: в том, как мыслит режиссёр, и как актёры мыслят и играют на сцене.
Думаю, мы дожили до того времени, когда всё должно быть сделано с хорошим вкусом. Театр не должен быть злым, циничным или идти на поводу у публики. Он должен быть высокоморален, честен, но при этом современен. Современность не во внешних атрибутах: в одежде, джинсах, в каком-то поведении, телефонах на сцене, нет. Зритель должен смотреть на сцену и понимать, что этот человек живёт с ним в одну эпоху, а не в 19 веке: говорит, завывая, заламывает руки и вообще врёт. Современность Таганки была не в вязаных занавесах, не в кирпичных стенах, а в том, что когда во МХАТе пели, на Таганке говорили нормально, не повышали голоса и выходили без грима (не с приклеенным носами и животами). Понимаю, когда в 20-х годах женщины клеили ресницы и носили необычные платья, то и на сцене это выглядело органично.


— Как ты считаешь, за кем будущее театра?


Будущее всегда, особенно в искусстве, за людьми, которые любят свою профессию, которые занимаются ей самоотверженно. И при этом остаются адекватными. Будущее за такими людьми, как Тьерре, хотя, наверное, он уже личность энциклопедическая. Знаю, что он больше не занимается театром, не выходит на сцену, потому что человеческое тело имеет ресурсы. Будущее не за спекулянтами, а просто за честными людьми, за актёрами, которые любят и умеют всё. Тот же Тьерре — он и акробат, и играет на музыкальных инструментах, и поёт, и как драматический актер снимается в кино. Он не человек-оркестр, а человек, который делает cвою работу с душой. Он это всё любит, это его стихия, его дом. И такие люди сейчас есть, думаю, называть их не надо, они у всех на слуху.


— Что для тебя является источником вдохновения в твоей профессии? Как артисту не утратить к ней интерес?


Если не любить профессию, она начинает превращаться в очень тяжелый, титанический труд, и люди начинают сходить с ума.
Каждый на собственном опыте учится, ищет, что его вдохновляет, что даёт силы жить. Конечно, эти силы берутся во внешнем мире. Тема очень обширна, например, у Станиславского есть работа, как актёру уходить в образ, но нет ни одной работы, как из него выходить, как актёру отдыхать. Мне кажется, что появится ещё какой-нибудь Станиславский в этой области, потому что она немаловажна. Это может быть самое важное в нашем мире, в нашем веке. Я этого делать не умею, у меня не получается пока. Но я понимаю, что это то, чему обязательно нужно учиться.

Меня вдохновляют вдохновлённые люди, которые занимаются этой профессией. Когда я вижу, что люди делают это с удовольствием. Если его нет, не понимаю, почему тогда нужно превращать свою жизнь в муку. Надо либо уходить, либо как-то корректироваться. Иначе становится больно на это смотреть. Чтобы быть актёром, нужно пройти все периоды, в любом состоянии выйти на сцену, в любом состоянии прийти в театр и пережить в жизни какие-то кризисы, потому что иначе не о чем будет играть.
Чтобы быть актёром, нужно пройти все периоды, в любом состоянии выйти на сцену, в любом состоянии прийти в театр и пережить в жизни какие-то кризисы, потому что иначе не о чем будет играть, да и жить будет не о чем.

Истоник: Contralto People

 

Подробнее ...

Мы знаем, что вы делали этим «Летом»

13.04.2017

Светлана МАЗУРОВА, Санкт-Петербург

Съемки фильма «Облепиховое лето»

В городе на Неве снимается полнометражный фильм «Облепиховое лето», посвященный Александру Вампилову. В августе страна отметит 80-летие со дня рождения драматурга, трагически погибшего в 1972 году. Байопик создается на студии «Лендок». Режиссером является Виктор Алферов, сценарий написан Ольгой Погодиной-Кузминой («Две женщины», «Герой»), главную роль исполняет Андрей Мерзликин. «Культура» побывала на съемочной площадке и пообщалась с авторами картины. 

Фильм решили делать на стыке документалистики и игрового кино, в технике комбинированной съемки, в кадры хроники вставят «живого» актера. При этом создатели подчеркивают, что им не столь важно показать советскую эпоху, сколько внутреннее состояние героя. Хроника передаст настроение Москвы 60–70-х, а также атмосферу Сибири, Иркутска, где жил Вампилов. Драматург часто ездил в столицу, поэтому в картине появится тема дороги с видами из окна поезда.

— Пьесы Вампилова обожал с детства, — отметил режиссер Алферов. — В студенческие годы репетировал «Прощание в июне». Один из моих любимых фильмов — «Старший сын» Виталия Мельникова с Евгением Леоновым и Николаем Караченцовым в главных ролях. Так что вампиловские произведения и мироощущение мне близки и понятны. Как и слово «провинциал», которое присутствует у нас в ленте. Когда я переехал в Москву, то увидел, что здесь мало знают о семье Вампилова. Родилась идея снять кино, основанное на реальных событиях. Мы консультировались с вдовой писателя Ольгой Михайловной, она прочла сценарий. Пришлось отсмотреть много документальных материалов.

Съемки фильма «Облепиховое лето»

— «Облепиховое лето» задумано, чтобы рассказать об авторе любимых всеми пьес «Старший сын» и «Утиная охота». Но это не биография в привычном понимании. Наша задача — передать воздух времени, когда перед начинающим сочинителем раскрылся калейдоскоп возможностей, а затем захлопнулись все двери, — объясняет сценарист Ольга Погодина-Кузмина. — Мы попытались заглянуть в мировоззрение писателя через его же драматургические образы. Ключом к пониманию мне послужила «Утиная охота», неразгаданное, мистическое творение. Ольга Михайловна Вампилова подчеркивает, что Александр Валентинович не раз говорил: «Никто не понимает мою пьесу». Она — как «Гамлет», где внутренняя жизнь героя, раздирающая его драма важнее событий, происходящих в реальности. Хочется показать Вампилова, живущего закрытой внутренней жизнью, которая иногда прорывается наружу.

В то же время это и история о провинциальных интеллигентах — они не были на виду, на первом плане, а оставались в тени культовых шестидесятников. Не случайно в фильме появятся Николай Рубцов и Белла Ахмадулина. 

В ДК работников связи на Большой Морской снимают сцену, когда в вестибюле московского Дома литераторов Вампилов встречается с Олегом Ефремовым. Молодого драматурга из Сибири руководителю МХАТа сосватала знаменитый завлит театра Ермоловой, авторитетный редактор и театровед Елена Якушкина, которая была знакома буквально со всеми влиятельными режиссерами. По словам актрисы Молодежного театра на Фонтанке Екатерины Унтиловой, исполняющей эту роль, Елена Леонидовна была личностью легендарной:

— Настоящий боец, чувствовала людей, эпоху. С ее легкой руки в драматургии появилось имя Вампилова. Она серьезно занималась судьбой Александра Валентиновича, предлагала его пьесы нескольким постановщикам. В нашей картине идет речь об «Утиной охоте» — «Старшего сына» к тому времени уже репетировали в Ермоловском театре. Я с удовольствием пустилась в это плавание, когда познакомилась с молодым режиссером и его командой. Идея снять фильм о гениальном Вампилове, который так рано ушел из жизни, но много сделал для русского театра, замечательна и актуальна.  

Съемки фильма «Облепиховое лето»

Сыграть Олега Ефремова поручили артисту Театра имени Вахтангова Кириллу Рубцову.  

— В нашей среде принято говорить, что роли сами находят актеров, — делится Кирилл. — Но мой случай иной, я боролся за эту возможность, так мне хотелось воплотить на экране образ самого Ефремова. Режиссера Виктора Алферова знаю давно, он ставил спектакль у нас в театре и рассказал, что скоро начнется работа над полнометражным фильмом о Вампилове, но продюсеры хотят пригласить только питерских актеров — съемки будут проходить в основном в Петербурге. Упросил дать мне шанс. Прошел пробы, и, к счастью, меня утвердили. Я знаком с внуком Олега Николаевича Никитой, учился на одном курсе и дружу с внучкой Олей, общаюсь с его дочерью Анастасией, которая, увидев мои пробы, написала, что я действительно похож на Ефремова. Для меня это своего рода благословение. Хотя я не пытался идти через внешнее сходство, а искал то, что волновало и мучило Олега Николаевича, его особый взгляд на этот мир: усталый, нервный, с долей иронии, но пронизанный глубиной и болью. В сцене, которую сегодня снимаем, Ефремов говорит Вампилову: «К сожалению, мы не берем к постановке вашу пьесу «Утиная охота». Не все от меня зависит — над нами еще пять инстанций». И успокаивает: «Потерпите еще немного, все у вас будет: премьеры, цветы...» Так и случилось. Ефремов не распознал в Вампилове гения, пропустил, а потом сожалел об этом.

Съемки фильма «Облепиховое лето»

По признанию режиссера и сценариста «Облепихового лета», с кандидатурой на главную роль определились легко. Когда на площадке появился Андрей Мерзликин, они поняли, что Вампилов у них есть.

— Сыграть такую личность — в какой-то степени аванс, — считает Мерзликин. — В нашем деле нужно быть смелым. Как сказал Шукшин, «ты счастлив, когда ты смел и прав». Можно долго рефлектировать по поводу того, соответствую ли я точной «конструкции» этого человека, имею ли право играть его с художественной точки зрения. Чудес не бывает, но случаются чудесные совпадения, Божье провидение. Мне, наверное, повезло: оказался в нужном месте в нужное время. А дальше началась работа, с моей стороны — большая радость. С глубоким уважением отношусь к своему герою. Учась во ВГИКе, играл в «Утиной охоте», потом смотрел постановки вампиловских пьес в театрах. Это фигура номер один в советской драматургии, автор, сделавший шаг вперед — неожиданный, важный. Он вынес на сцену правду жизни — в чистом виде и в мощнейшем аллегорическом. Для меня важно вернуться к той системе координат, где люди жили с понятием совестливости, где ценились правда, высокие человеческие проявления, честь, достоинство. И мне кажется, эти понятия неплохо было бы вывести на экраны опять.

© 2017 газета "Культура"
Подробнее ...

МАРКИЗ ДЕ «С.А.Д.»

Автор: Влад Васюхин

КИРИЛЛ РУБЦОВ не только замечательный актер, но и успешный театральный продюсер. Три года назад он создал в Москве новый театр – «С.А.Д.», успевший стать у театралов культовым.

Маркиз де «С.А.Д.»
 
— Аптекарский огород, в оранжерее которого расположен ваш маленький театр, — необычное и любимое москвичами место. Как вы там обосновались?
— Путем долгих переговоров с директором Ботанического сада МГУ Алексеем Ретеюмом. Аптекарский огород – город в городе. Там есть и жилой дом, и кафе, и парикмахерская, и магазин цветов, и гостиница. Но, на мой взгляд, для завершения образа культурного места не хватало театра, чтобы люди могли не только насладиться ландшафтом и поесть, но и наполниться духовно. Алексею моя концепция понравилась, он пришел на закрытый показ нашего первого спектакля. После этого визита судьба театра была решена.
— Кто еще помогал создавать «С.А.Д.» – «Содружество актеров драмы»?
— Сильный порыв и здоровая амбиция. На тот момент в Театре им. Вахтангова у меня не было интересныхролей. А хотелось работать. Хотелось прекрасных спектаклей. Настоящих. Живых. Я решил собрать отличных, а не просто медийных актеров. Пришел к режиссеру Ирине Пахомовой, которую знал по Щукинскому училищу, и предложил открыть свой театр. Она решила ставить «Аркадию» – пьесу Тома Стоппарда. Сложнейшую!..
— А разве у Стоппарда есть простые пьесы?
— Вы правы. Его тексты подобны пьесам Шекспира и Чехова – состоят из множества пластов: затрагивая один, открываешь следующий, и так до бесконечности. Лучше Стоппарда только Стоппард! Это величайший драматург среди живущих. Он вырывает из настоящего и поднимает до уровня небес, откуда ты начинаешь видеть всю свою жизнь. Мы репетировали «Аркадию» два года, а я тем временем, снимаясь в сериалах, зарабатывал деньги на костюмы и декорации, осветительные приборы и звуковой пульт. И это были только цветочки,дальше началось самое трудное – продажа билетов. Если бы я тогда осознавал, что все это – адский труд, вероятно, и не начал бы.

Маркиз де «С.А.Д.»
 
 
— Вы учились театральному менеджменту?
— Учился, наблюдая за работой директора Вахтанговского театра Кирилла Крока. Он дал мне несколько ценных советов. Но теперь история пишет себя сама. Мы, не побоюсь громкого слова, творим, в репертуаре четыре спектакля, и в «С.А.Д.» приходят уже наши зрители. Бешеных денег в театре не заработаешь, но труд окупается любовью публики. А более высокой награды мы и не желаем.
— Как планируете возделывать «С.А.Д.» дальше?
— Намечено несколько пьес к постановке, идут переговоры с великими артистами, но пока я не хочу и не имею права озвучивать имена. Вы же знаете, я суеверен!
— Ваш театр, хотя и имеет постоянную площадку, строится по принципу антрепризного — почти все актеры служат еще где-то, а вы продолжаете работать в Вахтанговском. А ведь однажды оттуда уходили…
— Ушел, потому что нечего было играть, а через какое-то время вернулся, и роли посыпались одна за другой. Сейчас занят в восьми спектаклях. Не отпускает он меня...
— И вы довольны своим положением в знаменитой труппе?
— Скажу о театре словами Шекспира из пьесы «Троил и Крессида», где я играл Ахилла: «С великим он велик, а с малым – мал…» Каждый артист занимает у Римаса Туминаса свою нишу. Это не говорит об уровне профессиональных навыков или о таланте. Репертуар и назначение на роли – сложный механизм, в котором постороннему человеку разобраться непросто... Работаю. Посмотрим, что будет дальше.
— Ваша кинокарьера началась с эпизода в дебютном фильме Ренаты Литвиновой «Богиня: как я полюбила», после были главные роли в сериалах. Но в целом роман с кино у вас, кажется, пока что не сложился?
— В полном метре я еще не сыграл свою главную роль и даже не пискнул в этой области, а так, пошуршал… Но я не переживаю: однажды прочитал фразу Мэтта Деймона, что лучшие свои роли мужчина получает между 35 и 55 годами. Я с интересом смотрю наше новое кино. Мы возвращаемся к собственному стилю, который на время заместился пародией на голливудские картины.
— И тем не менее недавно вы написали в фейсбуке: «Сижу на пробах. Приехал случайно раньше. Слышу голос режиссера и ту  чушь, которую он с напором втирает актерам, и так мне все это не нравится. Уже не хочу идти туда... Противно».
— Случается и такое. Вот вам и ответ, почему нет романа с кино.
— Не буду вас спрашивать про любимый театр, ответ очевиден. А есть ли у вас любимый музей?
— Их много. Но так как я влюблен в работы Ван Гога, то, пожалуй, самый любимый – его музей в Амстердаме.
— А ресторан или клуб, который является вашим любимым «тайным местом»?

Маркиз де «С.А.Д.»
 
— Есть, только его и так все знают. Я каждый год отмечаю день рождения в «Кафе Пушкинъ». Там для меня сказочная атмосфера.
— А какое место на земле вы считаете райским?
— Италию! Люблю ее, и беспрестанно тянет туда вернуться. Она везде разная, у каждого города – свой колорит, традиции, архитектура, кухня. Обожаю итальянцев! Они так ярко любят красоту, одежду, еду, вино, солнце. Они любят жизнь! И очень талантливы. А я очень ценю это в людях. Недавно во Флоренции увидел художника, который на асфальте мелками нарисовал копию «Мадонны с младенцем» Леонардо да Винчи. Не отличить от оригинала! И помимо денег, которые я, конечно же, бросил в его коробку, я спросил: могу ли пожать вам руку? Так хотелось прикоснуться к этому медиуму, проводнику…
— На новый год принято строить планы. От какой вредной привычки вы хотели бы избавиться, а какую полезную приобрести?
— Я имею склонность к уединению. Не люблю больших скоплений людей. Мне чаще хочется молчать и быть в одиночестве, поскольку трачу много энергии на общение. Наверное, это вредная привычка? В последнее время замечаю, что стал мало читать художественной литературы. Вот бы приобрести привычку читать бесконечно!
— Хорошо, ну а самое заветное желание у вас есть?
— Хочу любить. Всегда казалось, что может возникать само собой на протяжении жизни и так же ярко, как в юности. Но, ошибался…

 

Автор: Влад Васюхин

 

фото (1,2,3): Мария Тер, Юрий Богомаз, Елена Сальтьевская  

Ссылка на статью: 

 
Подробнее ...

Пресса: МИМОЗОВОЕ СЧАСТЬЕ. «ВСЯ ЖИЗНЬ ВПЕРЕДИ»

МИМОЗОВОЕ СЧАСТЬЕ. «Вся жизнь впереди» Эмиля Ажара на сцене Театра С.А.Д.

13.10.2017

Как замирает зал при слове «любовь». Перестают ёрзать на стульях непоседы мальчишки, взрослые совсем убирают телефоны, парочки теснее прижимаются друг к другу. И это ничуть не менее интересно и трогательно, чем сам спектакль.

Любовь ищут все без исключения, и очень горюют, когда не находят. Но там ли ищут?

Сентиментальными нынче быть не модно. И история арабского мальчика в Париже 70-х может показаться даже неправдоподобной, ведь мир, как считается, достаточно жёсток, а люди в большинстве своём одиноки – они строят карьеру!

«Думаю, сейчас какое-то тотальное время нелюбви, — говорит худрук Театра С.А.Д., исполнитель главной роли Кирилл Рубцов. – Люди пытаются состояться и каждый доказать самому себе, что независимы. Думаю, что темы, которые звучат в романе лауреата гонкуровской премии Эмиля Ажара и в нашем спектакле, всё равно человека беспокоят и тревожат, они не могут нас не касаться».

На фото: Момо — Кирилл Рубцов, Мадам Роза — Ольга Прихудайлова

Момо – герой спектакля, очень впечатлительный. Кто-то даже считает это признаком болезни… А он ещё добрый и душевный. Неужели это может не задеть, не понравиться? Похоже, люди зажимают сердце, и обманывают сами себя…

Авторы спектакля для показа тонких болезненных тем, таких, на чей-то взгляд несовременных, выбрали неординарный язык. «Да, приём несколько устаревший, — подтверждает режиссёр Виктор Алфёров, — маски, куклы, гротеск, но нам этот путь показался единственно верным – такими грубыми выразительными средствами про душевную теплоту и искренность, пошли от обратного».

На фото: Сцена из спектакля

История для всех возрастов, потому что у любви возраста нет. Нежная преданная любовь Момо к воспитавшей его чужой (чужой ли на самом деле?) женщине – желание отдать, излить то, что живёт у него в сердце и благодаря ей тоже. И постепенно зрителям внутренний мир мальчика, который говорит о людях только доброе, любит собак и мороженое, мечтает побывать в мимозовых рощах Ниццы, начинает пронзительно нравиться. История, с её взглядом на религию, одиночество, старость заходит в сердце и остаётся там навсегда. И хочется верить, что оно — сердце станет другим.

Послушайте, а кто не хочет, чтобы в старости о нём заботились, чтобы относились с любовью и пониманием? Тогда, может, не стоит быть жёстким и равнодушным в юности и в молодости?

Так откуда берётся любовь и что она такое? Можно ли всю жизнь прожить без любви? Зрители спектакля «Вся жизнь впереди», слушая французские песни и мысли, об этом задумались точно.

Наталья Косякова

Фото: Анна Пономарёва

Подробнее ...

Премьера спектакля "КИНАСТОН" в театре п/р Олега Табакова на Сухаревской!

Дорогие зрители! У нас прекрасная новость! Кирилл Рубцов (актер театра Вахтангова, руководитель Театра САД) сыграет одну из главных ролей в Театре п/р О. Табакова на Сухаревской!
21 сентября состоится премьера спектакля "КИНАСТОН" режиссера Евгения Писарева, сценография Зиновия Марголина, по пьесе американского драматурга Джеффри Хатчера. 


Купить билет и узнать подробнее о спектакле можно тут http://tabakov.ru/performances/kinaston/
Телефоны касс: +7(495) 624-46-47

Партнерами Кирилла Рубцова станут Максим Матвеев, Анна Чиповская, Михаил Хомяков, Виталий Егоров, Евгения Борзых и другие.

 

Подробнее ...

Виктор Алферов снимет фильм «ОБЛЕПИХОВОЕ ЛЕТО» о судьбе драматурга Александра Вампилова!

Виктор Алферов, режиссер спектаклей "Вся жизнь впереди" и "Шекспир. Ночь", снимет фильм «ОБЛЕПИХОВОЕ ЛЕТО» о судьбе драматурга Александра Вампилова!

Фильм «Облепиховое лето» снимут в Иркутске и на Байкале!

Андрей Мерзликин сыграет роль Александра Вампилова. Фото: Ольги Погодиной-КузминойАндрей Мерзликин сыграет роль Александра Вампилова. Фото: Ольги Погодиной-Кузминой

В этом году великому драматургу Александру Вампилову исполнилось бы 80 лет. К юбилею автора знаменитых пьес «Прощание в июне», «Утиная охота», «Старший сын» снимут фильм «Облепиховое лето». Работать над картиной будет петербургская студия документальных фильмов «Лендок». Режиссер - Виктор Алферов. Уже известно, что роль Александра Вампилова сыграет известный актер Андрей Мерзликин. Перед началом съемок «Комсомолка» задала несколько вопросов сценаристу ленты Ольге Погодиной-Кузминой.

- Как появилась идея снять фильм «Облепиховое лето»?

- Идеей снять фильм о Вампилове очень давно в хорошем смысле «болел» наш режиссер Виктор Алферов. Он родом из Бурятии, хорошо знает и любит Байкал, не раз бывал на месте гибели драматурга. И всякий как раз, когда он рассказывал своим друзьям о том, что писатель погиб на этом озере, люди удивлялись. Ведь почти никто не знает о судьбе автора, о его ранней смерти. А вот пьесы Вампилова знают все – особенно в нашей, театральной, кинематографической среде. Режиссер заразил и меня идеей снять этот фильм. Поначалу мы задумали короткометражку – последний день из жизни драматурга. Но постепенно замысел стал вырастать. Стало понятно, что разговор о нашем герое должен быть важным, подробным.

-Мне очень нравится этот тип человека – очень русский, чеховский. Можно назвать его «провинциальный интеллигент». Не случайно так часто в произведениях драматурга упоминаются слова «провинция», «предместье». Он чувствовал себя частью этого мира, пограничного между городом и деревней. Он соединял в себе эрудицию и утонченность городского жителя с деревенским здравомыслием, с уважением к простому труду и к простому человеку.

Сценарист фильма "Облепиховое лето" Ольга Погодина-Кузмина. Фото: Ольги Погодиной-Кузминой

Сценарист фильма "Облепиховое лето" Ольга Погодина-Кузмина. Фото: Ольги Погодиной-Кузминой

-Близки ли Вам персонажи вампиловских пьес?

Все люди, знавшие его, отмечают широкий кругозор Вампилова, его глубокое понимание мирового художественного наследия – музыки, живописи, литературы. Он был очень остроумным человеком, мог пошутить метко и нелицеприятно. Но важными качествами его души были доброта и умение прощать.

Поэтому история, которую мы с режиссером хотим рассказать – это не просто этапы творческого писка большого художника. Для меня Вампилов, как и всякий крупный герой, это – человек в потоке большой Истории. Его трагедия, на мой взгляд, очень чеховская, как и его пьесы. Трагедия, которая происходит прозаично, повседневно, рядом с нами. В то время, пока мы пьем чай.

- Уже известно, что в главной роли сыграет Андрей Мерзликин…

- Работа шла несколько лет, но история стала складываться, когда появился «наш Вампилов» – актер Андрей Мерзликин. Мне кажется, по своему психотипу, по отношению к жизни, Мерзликин схож с Вампиловым. Это тоже человек очень обаятельный, простой в общении, но сложный и глубокий. Я верю, что этот выбор был неслучаен. И очень надеюсь, что у нас получится все, что мы задумали.

- Как сохраните баланс между реальными фактами и вымыслом?

Самое сложное, когда пишешь историю, основанную на документальном материале – это сохранить баланс между выдумкой и правдой. Найти какой-то внутренний камертон, который не позволит далеко ускакать на коне воображения.

В то же время, художественный фильм – это не научная статья, не перечисление фактов. Мы хотим сделать эту историю интересной для самого широкого зрителя. Поэтому без придуманных диалогов, персонажей, сюжетных линий не обойтись.

Факты и свидетельства о жизни Вампилова мы собирали из книг, статей, воспоминаний. Прочли почти все, что было опубликовано. Разговаривали с людьми, которые лично знали Вампилова – это и режиссер Роман Виктюк, и артисты, и журналисты, и театроведы. Конечно, у каждого свой Вампилов. И у меня, и у режиссера, и у актеров, которые будут играть в нашем фильме будет складываться какой-то собственный образ этого человека. Надеюсь, и для зрителя это будет так. Главное, чтобы наш герой получился живым, а не ходульным персонажем биографии ЖЗЛ.

 

- Кто еще, кроме Мерзликина, сыграет в фильме «Облепиховое лето»?

 

Мы собираем команду замечательных актеров со всей страны. Из Москвы, из Петербурга, из Омска, из Екатеринбурга. Пока кастинг не утвержден окончательно, не буду называть имен. Скажу только, что сниматься в фильме про Вампилова хочет почти каждый актер – так в этой среде любят и ценят драматурга.

- Снимать фильм планируете в Иркутске и на Байкале?

- Действие картины разворачивается в Москве, в Иркутске, в поселке Кутулик – на малой родине нашего героя. Конечно, в кадре появится и озеро Байкал. Бюджет фильма очень скромный, это же не блокбастер про инопланетян Поэтому большая часть интерьерных съемок будет проходить в Санкт-Петербурге. Но я убеждена, что у картины будет свой зритель – думающий, чувствующий, сопереживающий. К сожалению, мы не успеем закончить картину 80-летию Вампилова. Но, думаю, она должна выйти в прокат на следующий после юбилея год.

- «Облепиховое лето» -это биографический фильм?

- Сразу скажу – это не фильм-биография в привычном смысле. Мы начинаем историю с того момента, когда написана пьеса «Утиная охота» - это примерно 1967-ой год. Кино позволяет некоторую свободу в изложении и отборе событий, в интерпретации происходившего. Поэтому в сценарии мы сосредоточились на вещах, которые были важны для нас, и как нам кажется, для самого Вампилова. Это и его попытки пробиться на московскую сцену, и постановки в Иркутске, и споры с актерами, и веселые встречи с друзьями, и доверительные отношения с женой. Но две главные линии проходят через весь фильм.

Первая – наш герой ищет свидетельства о гибели своего отца, Валентина Вампилова, который был арестован и расстрелян в 1938-ом году. И вторая, очень важная. За всеми хлопотами, веселыми и тягостными, за всеми дружбами и привязанностями - в письмах, в разговорах, в мыслях неотвязно звучит тоска Вампилова по Байкалу. Это загадочное озеро и его окрестности стало для него воплощением родной земли, местом силы и притяжения.

Отсюда и название фильма. Это цитата из письма самого Вампилова: «Ну я прощаюсь. У нас облепиховое лето, жара и тишина. Приезжайте. Байкал сейчас такая штука, что - спешите видеть. К сему ваш, Вампилов».

СПРАВКА «КП»:

Ольга Погодина-Кузмина – драматург, сценарист, публицист, прозаик. Окончила Санкт-Петербургскую Академию Театрального искусства. Автор пьес «Мармелад», «Толстого нет», «Глиняная яма»; романов «Герой», «Адамово яблоко», «Власть мертвых», «Сумерки волков». Автор сценариев к фильмам «Герой», «Две женщины», «Русский способ», «Тэли и Толи». Лауреат драматургических премий «Евразия», «Новая драма», кинематографической премии «Золотой феникс». В 2015 году получила премию «Золотой жасмин» на Тегеранском кинофестивале за сценарий к фильму «Две женщины».

Подробнее ...

Радиоэфир на канале КУЛЬТУРА

"Действующие лица" Ток-шоу

Гости: режиссёр Виктор Алфёров и актёр Кирилл Рубцов 10 января 2017 в 13:05

Тема: "Вся жизнь впереди". Спектакль по роману Ромена Гари, получившего за него вторую Гонкуровскую премию, в театре "С.А.Д" (Аптекарский огород)

Ведущие: Владислав Борецкий, Оксана Подрига

ПОСЛУШАТЬ ЗАПИСЬ ЭФИРА

Чуть подробнее:

За роман "Вся жизнь впереди", опубликованный под псевдонимом Эмиль Ажар, французский писатель Ромен Гари получил вторую Гонкуровскую премию - беспрецедентный случай в истории премии, которая может быть присуждена лишь один раз в жизни. Чем же поразило произведение Ажара Гонкуровских академиков?

Идея создания спектакля пришла актеру и директору театра "С.А.Д." Кириллу Рубцову почти 10 лет назад, после прочтения романа. И вот, наконец, со своей дружной командой он воплотил в жизнь свою мечту. Над спектаклем работали: режиссер Виктор Алферов, художник Дмитрий Разумов, хореограф  Андрей Меркурьев и артисты Кирилл Рубцов, Ольга Прихудайлова, Сергей Савлук, Алена Муратова, Анастасия Масленникова, Александра Велескевич.

Инсценировку написал Валерий Ушаков. Авторы спектакля делятся со зрителем своим пониманием человеческих взаимоотношений: "Мне кажется, что очень важно сегодня говорить об отношениях между людьми, совершенно разными людьми, которые невзирая на цвет кожи, расы, вероисповедания, гендерных признаков, жизненных условий - сохранили в себе способность любить и заботиться о тех, кто был близок и прошел с тобой долгий путь," - считает исполнитель главной роли Кирилл Рубцов.

О романе:  В центре повествования - арабский мальчик-сирота Мухаммед (Момо), воспитывающийся в домашнем приюте старой еврейки мадам Розы. Десятилетний Мухаммед, которого все зовут Момо, живёт в парижском районе Бельвиль у мадам Розы, старой еврейки, пережившей Аушвиц. В приют его отдал отец много лет назад. Он не единственный ребёнок в приюте. Матери большинства детей, которых воспитывает Роза - проститутки, которые платят за содержание своих детей в приюте. Момо пробивается в жизни, как может. И когда мадам Розе становится с возрастом всё хуже, именно Момо будет помогать ей выживать, а затем стоять у изголовья её кровати во время её кончины.

 

Подробнее ...

Пресса: Rewizor.ru

"Вся жизнь впереди" в театре "С.А.Д."

26 ноября в театре "С.А.Д."(Содружество Актеров Драмы) увидел свет спектакль “Вся жизнь впереди” по одноименному роману Эмиля Ажара.

Автор: Елена Епихина
Фото: театр "С.А.Д."Фото: театр "С.А.Д."

За роман "Вся жизнь впереди", опубликованный под псевдонимом Эмиль Ажар, французский писатель Ромен Гари, получил вторую Гонкуровскую премию – беспрецедентный случай в истории премии, которая может быть присуждена лишь один раз в жизни. Чем же поразило произведение Ажара Гонкуровских академиков?

Идея создания спектакля пришла актеру и директору театра "С.А.Д." Кириллу Рубцову почти 10 лет назад, после прочтения романа. И вот, наконец, со своей дружной командой он воплотил в жизнь свою мечту. Над спектаклем работали: режиссер Виктор Алферов, художник Дмитрий Разумов, хореограф  Андрей Меркурьев и артисты Кирилл Рубцов, Ольга Прихудайлова, Сергей Савлук, Алена Муратова, Анастасия Масленникова, Александра Велескевич.

Инсценировку написал Валерий Ушаков. Авторы спектакля делятся со зрителем своим пониманием человеческих взаимоотношений: "Мне кажется, что очень важно сегодня говорить об отношениях между людьми, совершенно разными людьми, которые невзирая на цвет кожи, расы, вероисповедания, гендерных признаков, жизненных условий — сохранили в себе способность любить и заботиться о тех, кто был близок и прошел с тобой долгий путь," – считает исполнитель главной роли Кирилл Рубцов.

Фото: театр "С.А.Д."

Начинается спектакль "Вся жизнь впереди" с вопроса: “возможно ли прожить без любви?”  А заканчивается ответом: “жить нельзя, когда любить некого”. Недетские вопросы и ответы, не правда ли? Однако всю историю рассказывает ребенок. 
 
– Мосье Хамиль, можно жить без любви? 
 Он не ответил.
 Мосье Хамиль, почему вы не отвечаете?
 Ты очень мал, а когда человек так мал, некоторых вещей ему лучше не знать.
– Мосье Хамиль, так можно жить без любви?
– Да, – сказал он и опустил голову, словно ему было стыдно.
 Я разревелся.
из романа "Вся жизнь впереди"
 
Десятилетний Мухаммед, которого все зовут Момо, живёт в парижском районе Бельвиль у мадам Розы, старой еврейки, пережившей Освенцим, бывшей женщины легкого поведения. В приют его отдал много лет назад отец, что выясняется ближе к концу спектакля. Момо не единственный ребёнок в приюте. Матери большинства детей, которых воспитывает Роза — проститутки, и за содержание своих детей они платят. Момо пробивается в жизни, как может, мечтает найти или приобрести мать. Когда мадам Розе становится с возрастом всё хуже, именно Момо будет помогать ей выживать, и до конца будет стоять у изголовья кровати во время её кончины. Для него она самый дорогой человек, а он для нее – единственная настоящая любовь.

Фото: театр "С.А.Д."

На первый взгляд, спектакль кажется несколько непонятным. Актеры надевают карикатурные маски, изображая разных персонажей. На фоне ярких, почти "кричащих" цветов декора и костюма Мадам Розы, остальные персонажи кажутся странными. Ни она на их фоне, а наоборот. Возникает ощущение "недоделанности", "не доведенности" до конца общей концепции. Момо в классическом фраке – практически конферансье. Почему? Подчеркнуть различие взглядов, социальных слоев, религий можно и более тонкими способами. Песни под гитару на французском языке смотрятся как вставные номера: зрителю с помощью французских шансонов все время зачем-то напоминают, что дело происходит во Франции. 

Фото: театр "С.А.Д."

Но напомню, что рассказ ведет ребенок, и именно поэтому выбрана форма "игры".  Это дополняет яркость красок и образов, детскость восприятия серьезных жизненных тем. Интересен исполнитель главной роли Момо – Кирилл Рубцов. Актер нашел необычный для зрителя, очень честный, правдивый образ ребенка. Без сюсюканий и найгрыша, он передает самое важное – образ и характер ребенка, очень точные интонации, поведение, даже взгляд.  Порой ловишь себя на мысли, что где-то ты уже видел этого мальчика. Он его не играет. Перед тобой сам Момо, только сейчас он выглядит вот так. Ну что ж, бывает…

Фото: театр "С.А.Д."

В спектакле, как и в романе, поднимается национальный вопрос: остро звучат еврейская и арабская темы. Но любовь не имеет религии или национальности. Она необходима всем."Когда-нибудь я наверняка буду говорить, как все, ведь так оно и задумано, чтоб слова для всех были одинаковы", – говорит главный герой.

Да, может возникать очень много вопросов и к костюмам, и к сценографии, и к режиссуре. Но в спектакле трогает тема. То, о чем хочется подумать, поразмышлять, задуматься. Спектакль об абсолютной любви, которая не предаст. Она не имеет запаха, цвета кожи, религиозного убеждения. После спектакля хочется жить!

Вся история пронизана любовью мальчика к матери. Как к настоящей, так и к той, которая его воспитала. А ведь самые главные вещи и закладываются в детстве. Кем он вырастет? Вот это вопрос.

Ужасно хочется, чтобы любовь жила в наших сердцах вечно, и чтобы Господь не стер её из памяти, ведь ластик в его руках.
 
Подробнее ...

Пресса: Театральный сезон

«ВСЯ ЖИЗНЬ ВПЕРЕДИ» В ТЕАТРЕ «С.А.Д.»
В этом сезоне театр «С.А.Д.» порадовал зрителей премьерой спектакля «Вся жизнь впереди» по одноименному роману, написанному Роменом Гари под псевдонимом «Эмиль Ажар» и удостоенному Гонкуровской премии.
Рассказанная в книге от первого лица, история дружбы арабского мальчика Момо и воспитавшей его старой еврейки мадам Розы, пережившей ужасы Освенцима и парижскую панель, на сцене превратилась в яркий музыкальный спектакль-интервью. Под шум и треск магнитной ленты Момо (Кирилл Рубцов) вспоминает о своем детстве в пансионате для детей проституток, дружбе с зонтиком и пропитанных теплотой и любовью отношениях с главным человеком в его жизни – мадам Розой. И под музыку французских шлягеров его воспоминания начинают оживать, на сцене возникают другие воспитанники мадам Розы, соседи, парижанки легкого поведения. Почти все персонажи из детства Момо появляются в масках, лица на которых словно взяты с детских рисунков, в памяти главного героя остались только основные черты, а все остальное будто стерто годами. Без масок останутся только интервьюеры и мадам Роза, чье лицо Момо будет помнить всю жизнь.
 
Мадам Роза (Ольга Прихудайлова) стала центральной фигурой спектакля. С размазанными по лицу килограммами макияжа, бесконечной, один другого пошлее, сменой париков, бутафорскими старческими телесами, эта монструозная героиня, страхолюдина, как ее, любя, называет воспитанник, почти срастается с гигантским гамаком, клубится и расползается по сцене огромным ярким пятном любви и нежности, неумело скрываемой за грубостью и цинизмом. Даже скрываясь от зрителей за занавесом, эта дама продолжает незримо присутствовать на сцене, шумно охая и вздыхая, и вкладывая в каждый свой вздох любимое имя: «Мо-мо… Момо…»
 
Главная тема спектакля – любовь, которая выше различий в вероисповедании, выше расовых предрассудков, чувство, без которого невозможно существовать. «Жить нельзя, если любить некого» - эти слова произнесет в финале главный герой и будет абсолютно прав.
 
«Вся жизнь впереди» - необыкновенно трогательный, добрый, смешной и жизнеутверждающий спектакль. Если вы любите от души посмеяться и не боитесь заплакать от прилива эмоций в зрительном зале, то вам в Театр С.А.Д. Все в «С.А.Д.», господа.
Иван Кедров
 
Подробнее ...

Благотворитель года

Как же приятно получать подарки пред Новым годом, особенно - такие! Мы благодарим наших прекрасных друзей из благотворительного фонда "Жизнь как Чудо" и лично директора Алексея Мошковича за высокую оценку скромного вклада Театра С.А.Д. в нашу общую гуманистическую миссию помощи больным детям! Мы счастливы помогать вам и всегда будем поддерживать все ваши благородные начинания!
С благодарностью и любовью, Кирилл Рубцов и вся труппа Театра. 

Друзья, перед Новым годом не пожалейте 100 рублей для детей нашего фонда. Отправьте на номер 7715 смс со словом чудо 100. Сделаем маленькое чудо вместе! 

 
Подробнее ...

Наши друзья и партнеры:

Вход или регистрация